Мало кто из ныне живущих помнит начало вражды между магом из светлых эльфов Марицумой и орочьим шаманом Беросой. Одни говорят, это произошло из-за того, что странствуя в пустынях, они не смогли поделить воду гибнущего оазиса, хотя каждый мог создать десяток подобных лишь взмахом руки. Иные вспоминают, что на ярмарке один дерзко перебил цену второму.

Лишь весть о последней битве достигла Тертуллиана.

Неуязвимый в своих легендарных доспехах Марицума, открыто стоя на поле битвы, насылал орды лесных созданий, без усталости шедших на штурм бастионов крепости. Неистовый шаман Берес, проливающий кислотные ливни и обрушивающий столпы огня на врага со стен своей твердыни. Такими их запомнили немногочисленные выжившие наемники, ныне к своей старости рассказывающие историю той битвы в тавернах за пару монет.

Пала крепость под натиском существ, странным образом рвущихся в бой против своей воли, продираясь сквозь сомны подобных себе тварей. И в какой-то момент небеса очистились от алых кислотных туч, не обжигал плоть небесный огонь, но тьма сгущалась вокруг Бероса. Уже будучи практически окруженным, он замер на мгновенье, и от чудного пасса руками внезапно рассеялась тьма, окружавшая Бероса, и единственная молния рассекла поле битвы, четко направленная в сердце Марицумы. Уповавший на свои доспехи и поглощенный чувством победы над врагом, не заметил эльф, что чудная броня уже давно покрылась трещинами и защищала не лучше лохмотьев.

Оседал на закоптившуюся и покореженную землю Марицума, уже не чувствуя боли в лопнувшем, как мыльный пузырь, теле. Приветствовал духов Серых Пределов растерзанный клешнями и клыками Берос.

Лишь слушатели седых наемников помнят о великих героях. И всеведущие библиотекари, по-крупицам собиравших знания о той битве. Лишь крупицы тех великих магических формул смогли они восстановить и вложить в заклинания, Восстановление Марицумы и Коррозию Бероса, названные именами мудрых, но павших от рук собственной глупости.

© news.brokenworlds.com